Металлургические заводы и дистрибьюторы в ЕС становятся все более взаимозависимыми на фоне слабой конкурентоспособности экспорта и ужесточения мер по импорту. При этом главным фактором, определяющим инвестиции в сталелитейное производство в странах блока, остаются цены на энергоносители.
Об этом заявили представители отрасли на региональной встрече EUROMETAL в Центральной Европе, которая на прошлой неделе прошла в Варшаве. В обсуждении принял участие Kallanish.
Учитывая расходы на электроэнергию и углеродные выбросы, с которыми сталкиваются предприятия ЕС, но не несут их иностранные конкуренты, европейским производителям все труднее говорить о внешней экспансии.
«О конкурентном экспорте за пределы Европы можно забыть. Без европейских клиентов мы не протянем и месяца», — сказал руководитель направления инноваций и трансформации Trinecke Zelezarny Иржи Мравец.
По его словам, в кризисные периоды особенно важно, что производители стали и вся производственно-сбытовая цепочка остаются вместе.
«Мы боремся бок о бок. Я имею в виду не только производителей стали, но и всю цепочку поставок. В кризис находишь своих друзей», — добавил он.
По оценкам участников рынка, европейские клиенты будут все чаще переходить на закупки внутри региона, поскольку преодоление новых торговых барьеров становится сложнее. Директор по маркетингу ArcelorMittal Europe в Восточной Европе Томаш Пласкура отметил, что этот сдвиг происходит постепенно, в том числе из-за значительных запасов, накопленных в предыдущие кварталы.
«Что касается конкурентоспособности, то наша главная цель, конечно, — оставаться конкурентоспособными в Европе по всей цепочке создания стоимости», — сказал он. — «Мы также согласны с необходимостью расширять меры по импортной защите на последующие этапы».
По словам участников встречи, система торговли квотами на выбросы ETS до сих пор была для отрасли «палкой о двух концах». Для Trinecke Zelezarny вопрос особенно чувствителен: компания получает квоты в основном для доменной печи, но при этом ее собственная электростанция, работающая на доменных газах, сокращает эти резервы и повышает издержки.
«Мы уже обсуждаем, как включить это в цену нашей стали — через надбавку за выбросы CO2 или каким-то другим способом», — отметил Мравец.
Он добавил, что рост себестоимости на 160 евро за тонну очень быстро вытеснит компанию с рынка.
«Это заставляет нас снижать выбросы, но делать это приходится в тот момент, когда у нас нет нужной прибыльности. У нас не такая маржа EBITDA, чтобы просто платить банкам», — сказал он.
Мравец также подчеркнул, что при цене 200 евро за мегаватт-час электроэнергии в Excel не получается вывести окупаемость ни одного проекта по электрификации.
«Никто не захочет платить дополнительную премию за “зеленую” сталь — это я могу подтвердить», — продолжил он. — «CBAM должен работать действительно эффективно, чтобы заводы смогли выйти на цены стали, необходимые для инвестиций».
Исполнительный директор чешской Nova Hut Радек Струхал сообщил, что предприятие, проходящее этап переработки, столкнулось с «уникальной ситуацией». Компании приходится одновременно покупать квоты ETS для печей предварительного нагрева и учитывать требования CBAM при импорте необходимых стальных полуфабрикатов.
«Это непросто, особенно с учетом CBAM, потому что мы вынуждены просить поставщиков оформлять сертификацию. В феврале мы получили сравнительные данные по бенчмаркам, поэтому предлагали материалы еще в прошлом квартале, не зная окончательной цены, а лишь ориентируясь на возможный уровень бенчмарка», — сказал он.
Струхал добавил, что для предприятия единственным будущим может стать установка электродуговой печи. Однако для этого необходимы предсказуемые цены на электроэнергию.
«Если учесть резкий рост цен на газ в ЕС в сентябре, трудно представить, что сетевое электричество будет стоить 200 евро за мегаватт-час. Ядерная энергетика — это единственный путь», — отметил он.
Пласкура подчеркнул, что конкурентоспособная стоимость энергии — это единственная сила, которая способна удержать инвестиции в электрификацию сталелитейного производства в Европе, поскольку именно она формирует экономическое обоснование проектов, а не субсидии.
Мравец, в свою очередь, заявил, что попытка Trinecke Zelezarny получить субсидию на электродуговую печь сталкивается с вопросами эффективности и финансовой устойчивости.
«Наша стратегия — использовать электродуговую печь вместе с доменной, чтобы обеспечить гибкость. Я на сто процентов уверен, что в Центральной Европе водородный DRI не будет успешным. Это может работать только в отдельных регионах, где очень дешевая возобновляемая электроэнергия и где водородное производство тоже может быть конкурентоспособным по цене», — заключил он.
