Санкции будут действовать на торговых площадках LME и CME, однако российский материал, поступивший на их склады до 13 апреля 2024 года, по-прежнему может продаваться.
Многие участники рынка задаются вопросом, почему такая задержка с принятием этого решения, когда российско-украинский конфликт уже так долго бушует. Некоторые предполагают, что за этим законодательным заявлением может частично стоять продолжающееся бездействие бирж металлов по запрету притока этого материала.
Руководитель отдела ценового анализа и прогнозов MEPS Кайе Аюб заявил: «Страх перед запретом российского никеля стал причиной скачка цен на LME и, в конечном итоге, временной приостановки торгов по контракту на никель LME еще в марте 2022 года.
«Объявление о вступлении в силу запрета, хотя и вряд ли вызовет такую же реакцию, все равно будет драйвером роста цен на никель в ближайшем будущем».
Потеря этого предложения создаст большую проблему для ликвидности на торгах LME.
Россия является вторым по величине производителем никеля класса 1 в мире, и в настоящее время на ее долю приходится более трети всех запасов LME.
Тем не менее, одобрение новых поставок на LME как со стороны китайских, так и индонезийских производителей может ограничить эффект от решения о запрете российского никеля.
Если бы запрет был введен до получения разрешения от этих новых поставщиков, то дефицит мог бы быть более значительным, чем тот, который может возникнуть сейчас в ближайшие месяцы.
Дневные цены на никель на LME уже имели тенденцию к росту в первой половине апреля из-за опасений по поводу предложения, отчасти вызванных более медленным, чем ожидалось, утверждением квот в Индонезии. Ожидается, что сокращение российских поставок на LME усилит эти опасения.
Ограничения, введенные после приостановки торговли никелем еще в 2022 году, предотвратят любой рост выше 15% в любой торговый день.
Спрос на переработку остается вялым, и российский никель, скорее всего, будет перенаправлен на другие рынки – возможно, по более низкой цене. Следовательно, рост цен на LME может быть кратковременным, особенно если в результате запрета в ближайшие месяцы не произойдет заметного сокращения запасов на складах LME.
Аюб сказал: «Поскольку прогноз спроса на 2024 год остается слабым для секторов нержавеющей стали и электромобилей (EV), эффект запрета на российский никель может быть смягчен в среднесрочной перспективе. Однако в долгосрочной перспективе мы можем увидеть некоторое инфляционное давление на мировой рынок никеля».
